Почему я выбираю Либермана:

Я приехал в Израиль из Екатеринбурга в 1993 году по программе «Наале», закончил Технион, отслужил офицером-инженером ИТ в подразделении «Офек» (180) ВВС Израиля и являюсь сооснователем хайтек-компании — одного из ведущих израильских системных интеграторов (более 1000 работников в Израиле и за рубежом). Отвечаю в компании за оборонный и государственный сектор.

Многие в русскоязычной среде знают меня и с другой стороны: я активный участник и организатор КВН и стендапа в Израиле и других проектов, связанных с развитием русскоязычной культуры.

Я отец троих сыновей, двое из которых служат в боевых частях: Арик прошел от звонка до звонка войну в бригаде «Гивати» (призыв августа 2023 года), а Рон на этой неделе заканчивает офицерские курсы.

А теперь о моем выборе. Мои политические взгляды с момента приезда в Израиль и до сих пор не изменились. Я либеральный светский сионист — я за свободный рынок, либеральную внутреннюю политику, отделение религии от государства и жесткое отношение к внешним и внутренним врагам. Исходя из этих взглядов, я всегда поддерживал правые партии и голосовал за них.

Эти выборы имеют для всех нас исключительную, историческую важность. Мы прошли трагические три года после 7 октября, но сама трагедия не была большой неожиданностью. Неожиданностью оказалась наша реакция и неподготовленность. Как резервист и как человек, посвятивший около 30 лет работе с государственным и оборонным сектором, я воспринял этот провал как сильный удар. Да, армия, ШАБАК и полиция могли и должны были отреагировать лучше, наши умные оборонные системы должны были дать более мощный отпор. Но в оборонных структурах случился сбой, и все, кто должен ответить за него, отвечают: в армии, полиции и ШАБАКе уже сделаны выводы, руководители заменены, идет перестройка и реализация этих выводов. Часть из них мы уже увидели в смелых, активных и успешных действиях в Ливане, Иране и самой Газе.

Немаловажен и другой факт: после 7 октября армии наконец развязали руки, которые были связаны много лет. Сотни оперативных планов залеживались в столах из-за политики сдерживания, которую проводило год за годом правительство Нетаниягу. Сухопутные силы, которые являются главной ударной силой в войне в Газе и Ливане, не применялись в активных боевых действиях более 10 лет. Это привело к снижению оперативной подготовки, недостаточной боекомплектации (например, танки были не готовы к войне с дронами, в первые месяцы войны ощущалась нехватка снарядов и т. д.) и неспособности быстро дать отпор. Более того, часть необходимых военных разработок и закупок была заморожена или двигалась гораздо медленнее, чем надо, из-за раздачи государственных бюджетов на нужды религиозных партий и других необъяснимых приоритетов. Последние годы армия и все оборонные ведомства находились в состоянии недофинансирования — и это при том, что наши враги только наращивали военную мощь. Я видел и вижу это своими глазами до сих пор, и это продолжается даже после 7 октября.

Мало того что проводилась политика сдерживания по всем направлениям, мы еще и снабжали наших врагов. Было понятно, что если наше правительство кормит чудовище и одновременно говорит, что это наше достояние (нехес), то трагедия — это лишь вопрос времени. Об этом Авигдор Либерман говорил еще с 2018 года, и именно в тот момент, когда он вышел из правительства, я перестал голосовать за «Ликуд», в котором состоял до этого.

Не меньшая проблема кроется и в самом израильском обществе.

Правительства Нетаниягу под флагом правого лагеря ведут страну к антисионистской реальности. Невозможно принять ситуацию, когда половина страны несет на себе всю ношу — уплату высочайших налогов и тяжелейшую службу в армии (а это и является сегодня реальным выражением сионизма), а вторая шантажирует страну, пытается подстроить ее под себя антисионистскими законами, не работает, не служит и продолжает оставаться членом коалиции.

Для меня все партии и члены нынешней коалиции стали персонами нон грата: они доказали свою антисионистскую сущность, отвернулись от народа и всеми действиями подтвердили, что, кроме кресел и зарплат, им не важно ничего. Лишь бы дотянуть до конца каденции, а после нас хоть потоп. Если уже после 7 октября никакие выводы сделаны не были и правительство продолжило ту же политику, что и раньше, то вся коалиция дискредитировала себя полностью. Нелишним в этом контексте будет упомянуть, как изменилось правительство за последние годы, как Нетаниягу вырастил и построил окружение из Готлиб, Струк, Бен-Гвира, Ротмана, Мири Регев и т. д., осквернив правый лагерь и всю израильскую политику анархистами-горлотанами и популистами. Мало того что он дал им возможность войти в политику, он раздает им реальную власть, которая несет разрушительные последствия, видимые мне по работе с государственным сектором. А связь с Катаром — это очевидное предательство, которое премьер-министр и его окружение тоже пытаются как-то преуменьшить и оправдать.

В этой ситуации мы больше не можем надеяться, что «будет беседер». Мы не можем голосовать за тех, кто многолетней политикой привел нас к бесконечной войне, жертвам и разрухе, беспределу преступности и покровительству антисионистским движениям. Мы должны отдать свои голоса тем, кто видел приближающуюся беду заранее, предупреждал о ней и работал для ее решения; тем, кто на министерских постах и в кнессете последовательно проводил либеральную сионистскую политику; тем, кто не держится за кресло и готов уйти в отставку, если общая политика правительства ведет не туда; тем, кто работает на благо Израиля не только в кнессете, но и на местах, видит и решает насущные проблемы граждан.

Поэтому я голосую за НДИ во главе с Авигдором Либерманом и призываю всех последовать за мной. Чем больше будет НДИ в кнессете, тем сильнее станет единственная настоящая либерально-сионистская партия в Израиле — единственная партия, которая реализует на деле идеи Зеева (Владимира) Жаботинского: партия «Наш дом Израиль».

Anatoly Koushnir